С рождением второго ребенка мне пришлось возвращаться за руль. Восторгов я по этому поводу не испытывала, но деваться-то некуда. Нельзя же все вешать на мужа. Ему и работать иногда надо...
Второй раз начинать было не так страшно. Во-первых, какие-никакие навыки остались. Во-вторых, я эти годы много ездила рядом с водителем и основные свои маршруты неплохо знала. Не просто куда поворачивать, но и где светофор, в какой ряд вставать, кого пропустить, чего вообще ожидать и т.д. В-третьих, и машина на этот раз была получше, что тоже важно.
( К машинам как таковым я равнодушна )
У моих родителей никогда не было ни дачи, ни машины. Они всегда говорили, что забот с этими приобретениями больше, чем удобства. Действительно, содержать машину в советское время было довольно хлопотно. Но я думаю дело было все-таки в том, что для приобретения машины пришлось бы затратить столько усилий, отодвинуть столько других целей, что действительно было непонятно, ради чего все это.
Я выросла примерно с теми же мыслями. Даже когда машина перестала быть роскошью и стала вполне доступной, мое отношение не изменилось. Я считала, что водить никогда не смогу, а если попробую, то обязательно разобьюсь. Да и машина, хоть и стала проще в уходе, но оставалась совершенно неэффективным приобретением. В Москве же пробки, все равно удобнее на метро добираться.
Я придерживалась этой точки зрения довольно долго. И когда беременная штурмовала пригородный автобус, и когда тот же автобус мы штурмовали уже с ребенком и сумками. И когда таскали рюкзаки с рынка, и когда возили больного ребенка по врачам... Мое мнение изменилось, когда мы вдруг стали все чаще ловить машину: то вечером от метро доехать, то за ребенком в садик, то из магазина. Расстояния были небольшие, деньги приемлемые, а комфорт совершенно с ними несравнимый. Вот тогда-то мы и подумали, что может быть стоит попробовать. Упаси бог, мы не будем ездить куда-то далеко или в центр города. Но по своему району... но в магазин или в садик... но до метро... Ну может быть осмелеем и будем даже ездить к родителям рано-рано, когда нет пробок. Муж из-за проблем со зрением сомневался гораздо больше, поэтому на амбразуру ложиться пришлось мне. Для начала я просто записалась в автошколу. С теорией проблем не было. А вот с вождением... Нет, я на этом Москвиче даже ездила по городу, делала на площадке все, что положено. До сих пор не представляю, как. По результатам этой езды я окончательно уверилась, что никогда, никогда я не смогу водить. Муж уговорил все-таки обзавестись правами. Теорию я честно сдала сама, а вот за вождение пришлось заплатить. Да, какой кошмар, я купила права.
( После этого я открыла газету )
Что-то как-то терпение потихоньку заканчивается. И судя по френдленте, не у меня одной. Не споры, не ссоры, а сплошное раздражение кругом. И все ходят ищут, куда бы его сбросить, по возможности безопасно. Но редко находят, поскольку в большинстве своем люди интеллигентные и совестливые...
Я сегодня поняла, что терпеть не могу одного студента. Вернее, не данного студента, а определенный типаж студентов. С совершенно конкретной внешностью, набором качеств, свойствами. К счастью, такие не часто попадаются. Даже не каждый семестр. Поэтому когда попадается, мне кажется, что не люблю именно этого студента за его определенные провинности. А сегодня, когда сделала ему третье замечание, поняла, что ни фига. Остальные заслужили не меньше, просто типаж ужасно раздражает.
Обычно чувствуешь, когда недолюбливаешь конкретного студента. Стараешься как можно меньше с ним контактировать и оценки безбожно завышаешь. Так как очень боишься занизить. Но это если просто студент не нравится. А в данном случае он меня самим своим присутствием раздражает и провоцирует, я не могу его не замечать. И невольно каждый повод использую, чтобы слить это свое раздражение. Вспомнила, что и с предыдущими аналогичными студентами было точно так же. Что делать, не представляю. Думаю, что он тоже мягко говоря не получает удовольствия от общения со мной. Не то, чтобы я его как-то заваливала, или реально осложняла жизнь. Да я даже его фамилию не помню. Так что при проверке ДЗ и контрольных при всем желании не могла бы. К доске его тоже не вызываю. Но вот если он на контрольной разговаривает с соседом, я не могу этого пропустить. Или требует чего-то не вовремя, с удовольствием посылаю. Я и других посылаю. Но этого с удовольствием. Вообще, мне доставляет удовольствие, если он делает что-то не так. Но приятнее всего, конечно, если не приходит вообще.
Еще один из обескураживающих моментов в общении с Л.А. заключался в том, что я часто говорила совсем не то, что хотела сказать. Вернее, я говорила как обычно: здраво, последовательно и воодушевленно. И вдруг она меня прерывала на полуслове: «что вы сейчас сказали?» Я повторяла последнюю фразу и вдруг понимала, что сказала я что-то такое, что совсем не хотела говорить. Не в смысле секрет, а что-то противоречащее тому, что я сейчас думаю. Или такими словами, которые интонационно полностью переворачивают смысл слов. Ну к примеру я рассказываю, как меня серьезно беспокоит какая-то проблема, и пытаясь поподробнее объяснить какой-то важный момент, вдруг выдаю «это ничего страшного», «ерунда» или еще что-то в таком же роде. Для меня это слова-паразиты, помогающие лучше выразить свою мысль. Я их не замечаю. Если не остановить меня в тот же момент, пока фраза еще не отзвучала, я их не вспомню и ни за что не поверю, что я именно это сказала. Но если тормознуть вовремя, если осознать, что сейчас сказала, то эффект поразительный. Иногда просто невозможно поверить, что эти слова вырвались у меня. Кстати, если не остановить вовремя, то не поверишь ни за что. Несколько раз так было, что Л.А. давала мне закончить, а уж потом зачитывала мои «перлы». И, даже твердо зная, что она не будет меня в таком деле обманывать, я все равно как-то не до конца верила, что сказала именно это такими словами. И эффект уже не тот. А вот когда посреди, допустим, описания, как ты уважаешь какого-то человека, вдруг подряд вырываются пренебрежительные «вводные слова», то очень глубоко задумываешься.
Я думаю, такой эффект постоянно возникает и в обычной жизни. Мы его просто недооцениваем. И возникает он как правило в общении с близкими людьми. В тех ситуациях, когда расслабляешься, когда хочешь лучше себя выразить. Как это ни смешно, именно когда это получается, возникает «непонимание». Близкий человек вдруг находит в сказанных словах то, что говорящий туда не вкладывал. Вернее, говорящий просто не осознает, что он туда вложил. Он «проговорился». Он так хотел полнее и понятнее высказаться, что высказал и то, что не осознавал сам.
Так что нельзя сказать, что это происходит «против воли». На ковре у начальника небось не проговоришься. А вот когда раскрываешься, когда хочешь себя объяснить другому, то и объясняешь гораздо больше, чем кажется.
Витте несколько раз упоминает, насколько Александр III был высоконравственный человек и как переживал из-за безнравственности своего отца.
Каковая безнравственность заключалась видимо в том, что Александр II посмел жениться в 62 года, когда у него уже были взрослые дети и даже внуки. Ранее, при живой жене, царь 14 лет жил с этой женщиной и имел от нее четверых детей, но Витте говорит о безнравственности именно в контексте женитьбы.
А вот взятки, воровство, должностные злоупотребления Витте называет "некорректностью". И чиновник, который все это практикует, соответственно тоже называется у него "некорректным". Чтобы зваться безнравственным, видимо, этого мало. Надо еще жениться в 60 лет.
Воспоминания Витте написаны довольно современным языком. По крайней мере особых проблем с восприятием не возникает. Но вот на одном слове я регулярно спотыкаюсь.
"Товарищ" у Витте - это не сотрудник и друг, а всегда помощник и заместитель должностного лица. Нет, я тоже прекрасно знаю словосочетание "товарищ министра", и оно мне слух не режет. Но вот фраза "в то время Н.Н. был моим товарищем" меня несколько смущает. Каждый раз приходится себе напоминать, что Н.Н. был не приятелем Витте, а его заместителем. Или, допустим, "после отставки Иванова, Петров стал товарищем Сидорова".
Еще сейчас довольно сомнительно выглядит выражение "мы с ним были близки" в значении "дружили", "приятельствовали", "часто общались".
Вообще, по ощущениям, развитие языка происходит только в одну сторону. Невинные слова постепенно приобретают не очень приличный смысл. Так что со временем в старом значении их уже употреблять неудобно. А происходит ли обратный процесс? Когда слово не просто начинает восприниматься как более цензурное, а приобретает какой-то второй, совершенно невинный смысл?
Последнее время постоянно хочется расспрашивать. Прежде всего людей старше себя, но еще в "сознании". Об их детстве, повседневной жизни, об отношении к прошлому и к настоящему. Есть такое ощущение, что это безвозвратно уходит. Стала ловить себя на том, что собственное детство воспринимаю уже как совершенно другую жизнь. А главное, то время оформляется в какой-то застывающий миф, который пытается поглотить и мои собственные воспоминания. Устаканивается, отливается какая-то общая "правда", которая размывает индивидуальные впечатления. Поэтому и свои воспоминания тоже очень хочется фиксировать: рассказывать и записывать. Рассказы правда не спасают.
Я очень рано начала расспрашивать бабушек о старом житье-бытье. Сейчас очень жалею, что тогда же это не записывала (для себя, только для себя и детей). Потому что раз от раза их рассказы потихоньку менялись. А в старости они настолько обросли мифами, что даже я могла наблюдать этот процесс. Между тем, что бабушки рассказывали в свои 60 и 80 лет была огромная разница.
Мне почему-то кажется, что именно личные, повседневные, очень субъективные ощущения простых людей наиболее ценны. Если я помню то время, то естественно сравниваю со своими впечатлениями. Конечно радуюсь, если они совпадают. Но очень интересно, когда и не совпадают. К примеру, у нас с братом совершенно не совпадают. Хотя разница в возрасте всего 5 лет. Мне кажется, что именно эти, такие разносторонние и необъективные воспоминания сохраняют то время наиболее полно.
Я с удивлением наблюдаю, как мое прошлое, которое я отлично помню, становится историей. Как уходят из массового сознания какие-то общеизвестные вещи. Как спорят о реалиях, которыми еще лет 20 назад дышали, не замечая их. Которые приходится объяснять, а объяснить подчас невозможно. И приблизиться к ощущению этих реалий можно только сложив вместе разнородные индивидуальные ощущения. Так сказать, ощупать слона с разных сторон.
Мне тут к предыдущей записи потрясающий комментарий оставили. К сожалению, анонимный.
Вопрос благополучно решился, красный профессор, Лейферт Леонид Абрамович, расстрелян 22 апреля 1938 г.
http://lists.memo.ru/d20/f71.htm#n2
Что-то мне кажется, что любые выводы будут лишними...
http://libelli.narod.ru/misc/lgu20.h
Спасибо ![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
vadim_i_z
Думаю, Елену Сергеевну Вентцель особо представлять не надо. Очень интересное чтение, всем рекомендую.
Не могу не процитировать абзац о "красном профессоре", преподававшем курс "красных интегралов".
"Выписывал из справочника Хютте то одну формулу, то другую. Выписав, он кричал : "А ну-ка, товарищи, голоснем!!. Кто за то, что эта формула верна? Поднимите руку! Кто против? Ничтожное меньшинство. Кто воздержался? Еще меньше! Итак, большинством голосов формула утверждена. Запишите ее в своих тетрадях!"
И еще, более серьезное...
"До сих пор, к сожалению, в вузах ученое звание “профессор” слишком уж. автоматически вытекает из ученой степени "доктор наук". А ведь это – совсем разные степени. "Докторство" претендента автоматически влечет за собой и "профессорство". Мне кажется, что эти два типа степеней слишком сегодня между собой связаны. А послушаешь этакого "доктора наук" – прямо уши вянут. Мне кажется, что вузы должны решительнее прибегнуть к различению этих понятий..."
Судя по воспоминаниям Витте, при Александре III брали все: начиная от мелкого столоначальника и заканчивая министром финансов. Ничего с этим не поделать, погода такая. Нынче погода аналогичная. А вот что было при развитом социализме? Я имею в виду высшие сферы. Потому что, насколько я понимаю, как большевики ни перетряхивали общество, повальное взяточничество пережило все революции. По крайней мере, в спокойные годы на местах всегда "брали". Не так нагло и открыто, как сейчас, но все-таки широко и планомерно. А вот как дело обстояло повыше? Ведь и люди за должности боролись, и ведомства за ресурсы. Да и зарубежные контракты никто не отменял. Интересно, что творилось хотя бы на уровне министерств?
И еще интересно, как обстояло дело "на местах" в самые репрессивные и военные годы? Брали или все-таки боялись?
И не могу не посплетничать.
Дважды он был женат (первая жена умерла), и дважды на разведенных женщинах. Причем, оба раза он принимал активное участие в разводе. И это в те времена, когда женитьба на разведенной активно осуждалась обществом.
Второй брак, насколько я поняла, довольно сильно повредил Витте. Недоброжелательство к нему в высшем обществе усилилось, его супруга так и не была принята при дворе. Странно такое "упорство" в выборе неподходящей партии, учитывая, что Витте как раз стремился в высшие сферы и особым демократизмом не отличался.
Кстати, его вторая жена ко всему прочему была еще и еврейка. Могу себе представить, какой вой поднялся, когда он женился. Ходили разные грязные слухи, что он чуть ли не выкупил жену, заплатив крупную сумму ее бывшему мужу. Кстати, вполне правдоподобно, учитывая, что не так-то просто было получить развод. Тем более, развод без скандала.
Насколько же сильным должно было быть чувство, если такой карьерист как Витте решился на столь непопулярный и опасный мезальянс.
Вообще, мне показалось, что к своему происхождению Витте относится несколько болезненно. Он очень много рассказывает о семье своей матери, о бабушке (урожденной Долгорукой), о высокопоставленном дяде. И почти не упоминает об отце. Говорит только, что это был прибалтийский немец, который принял православие, чтобы жениться на матери Витте, и полностью вошел в семью жены.
Вырос он на Кавказе, в многонациональном окружении. Был свидетелем непростых отношений центральной власти с местным дворянством, периодических неумных попыток русификации, сопротивления им.
Интересно, как часто противники упрекали Витте в том, что он не русский и вообще жидам продался?
Конечно, на черносотенном фоне, его окружавшем, он должен был казаться просто-таки интернационалистом. Хотя, очень и очень многие его заявления просто режут современное ухо.
"Чего раньше не было" - любимая наша с дочкой игра. Она называла повседневные вещи, а я рассказывала, были ли они в моем детстве. Дочка выросла и давно не играет в эту игру, а я нет-нет да продолжаю.
Мой папа любил рассказывать как в первый раз увидел телевизор. Ему объяснили, что это такой радиоприемник, у которого есть экран, на котором показывают картинки. И он долгое время приходя к кому-нибудь в гости внимательно осматривал радиоприемники. Заглядывал с обратной стороны, нет ли там экрана.
А я тут вспомнила, как в первый раз увидела фломастеры. Я приехала к бабушке, и мне сказали, что дяде кто-то из-за границы привез фломастеры, и он мне парочку даже подарит. "А ты знаешь, что такое фломастеры?" Я не знала. Я вообще первый раз слышала это слово. Мне стали объяснять, что это такие карандаши, которые рисуют очень красиво, как краски. Я естественно ничего не поняла. С нетерпением ждала прихода дяди. И вот он принес мне два фломастера: синий и зеленый. Довольно невзрачные на сегодняшний взгляд. Естественно, я их изрисовала за два дня. А дальше началась эпопея с заправкой. Сначала я долго не могла понять, почему грифель есть, а они не пишут. Дядя объяснил, что грифель у них не исписывается, а высыхает. Надо его чем-нибудь смочить. Сначала попробовали спирт. Его хватило на пару водянистых линий. Потом залили духи. Водянистые линии стали отчаянно благоухать. Потом еще с чем-то экспериментировали, но фломастеры-таки подохли.
Однако мне и этого хватило. Я себя чувствовала, как провинциалка, приобщившаяся к последней столичной моде.
Иногда мне кажется, что это было в другой жизни.
Я тут начала слушать воспоминания Витте и поняла, что придется делиться впечатлениями по ходу. До конца я точно не дотерплю. Да и неизвестно, когда еще закончу.
Во-первых, пишет он вязко, с повторами и отступлениями. Плотность фамилий на единицу текста ужасающая. Иногда вообще сложно понять кто на ком стоял.
Во-вторых, большинство встреченных им в жизни людей - ограниченные посредственности, ординарные, ничего из себя не представляющие личности или даже попросту глупые и бездарные. Иногда правда встречается "хороший, но ничем не примечательный" человек, но как правило только если он особенно благоволит автору. Все же, кто автору не благоволит, всегда оказываются как минимум некомпетентными.
В-третьих, интересно было узнать, как в 19 веке обстояло дело с "блатными" учениками. Витте и его брат числились в гимназии вольнослушателями. Переходили из класса в класс без экзаменов и занятия посещали только чтобы устроить очередную шалость. Одновременно учителя занимались с ними на дому. Вернее, отсиживали оплаченные часы. Но как бы то ни было, свои тройки за итоговые экзамены Витте с братом получили. С одной стороны, не зря же родители много лет доплачивали гимназическим преподавателям. С другой, все понимали, что семья не простая и без аттестата мальчики не уйдут.
Дальше отец повез их поступать в Киевский университет, так как дядя занимал большой пост в киевском образовании, и мог посодействовать. Но дядю неожиданно перевели в Варшаву, и пришлось поворачивать на Одессу. В одесский университет Витте не приняли. То ли блата не хватило, то ли просто ему 17 лет еще не исполнилось. Дальше у автора вдруг проснулась тяга к учебе, он переехал в Кишинев, целый год занимался, и заново сдавал экзамены за курс гимназии. Поскольку пробелы были огромны, время ограниченно, а Витте имел способности к математике, директор гимназии пошел ему навстречу. Если Витте по всем физико-математическим предметам получает пять, то и по остальным ему выставят приличные оценки.
Меня впечатлило, что это за предметы, а, главное, сколько их: арифметика, геометрия, алгебра, физика, математическая физика, метеорология, физическая география, математическая география. Интересно, сколько же всего экзаменов сдавали при выпуске из гимназии.
В-четвертых, Витте, конечно, умеет принимать решения, брать на себя ответственность и добиваться результата. Насколько я понимаю, в России такие люди всегда были в большом дефиците.
В-пятых, Витте критикует недальновидную национальную политику, особенно отталкивание кавказского дворянства, и тут же может написать, что грузины, например, глупые. Вообще, для него национальность - это исчерпывающее объяснение тех или иных личных качеств.
Коллеги с ума посходили с этим свиным гриппом. Ах, у нас в институте есть заболевшие. Ах, трое студентов уже лежат в больнице. Ах, при малейшем повышении температуры на работу не приходите. Отлеживайтесь и вызывайте врача. После этого я тут же сказала, что как-то мне уже не того, пойду померяю температуру. Тем более, что 4 пары впереди.
Такое ощущение, что студенты тоже поймали эту волну. Чуть что - "и вообще я себя плохо чувствую, и с утра весь больной, и сейчас тут свалюсь у вас у доски". Ну или вас так обкашляю, что мало не покажется. Наверное, на некоторых преподавателей действует, иначе бы эта "эпидемия" не распространилась настолько широко. При том, что реально болеют не больше чем обычно по такой погоде.
Ну меня-то особо не испугаешь. Вот когда беременная была, тогда да, шарахалась от каждого чиха. Пробовала даже консультации в маске проводить, но долго не выдерживала. Задыхаюсь я в ней. А теперь... Пусть кашляют.
Часто вспоминаю старое правило: "чем хуже от человека пахнет, тем ближе он придвигается". Такое ощущение, что чем сильнее студент кашляет и шмыгает носом, тем ближе садится и ниже наклоняется. Некоторым еле удерживаюсь, чтобы не предложить носовой платок.
Прочитала тут очередную историю, как доблестная милиция и опека пыталась защитить ребенка от его родителей. Сама запись уже недоступна, желающие найдут в кэшах. Но поговорить я хотела не об этом. Меня очень зацепил один из комментариев.
( комментарий )
Вот у меня ровно те же ощущения. Дело не в том, что сейчас начнут притеснять родителей и отнимать детей, а просто - "добро пожаловать в Советский Союз". Привыкайте правильно числиться там, где положено. Понятно, что и в СССР зазор был, и можно было организовать себе довольно независимую жизнь. Но зазор этот был очень небольшой, и сил на организацию такой жизни приходилось (наверное) тратить довольно много.
Хотя у меня довольно смутные представления о том, как советское государство строило свои отношения с родителями.
Старшие товарищи, те, кто успел повоспитывать детей при советской власти, поделитесь своими воспоминаниями!
( Например, )
Важны, конечно, годы. Понятно, что в 50-х и 70-х ситуации могли очень сильно отличаться. Но мне очень интересны именно личные воспоминания.
В первый момент даже засомневалась, а Алданов ли это. Неужели он писал шпионские романы и вообще дожил до 50-х годов? Но потом конечно сомнения развеялись. Чем дальше, тем меньше главный герой походил на классического шпиона, а история на шпионский роман. Нескладные люди неприкаянно слоняются по послевоенной Европе, пытаясь найти себя в мире, разделенном двумя противостоящими державами. Решают свои очень частные, очень человеческие вопросы: любви, одиночества, поиска смысла.
"Бред" написан в 55-м, события в повествовании заканчиваются 53-м. Когда Алданов писал "Самоубийство" или "Истоки", у него уже была отдаленная перспектива. Тут история осмысливается по горячим следам. Удивительно, но этого не чувствуется. Есть глубина и отстраненность взгляда.
Прочтение хорошее, а качество записи не очень. Валерия Лебедева читает довольно оригинально. Темпераментно и быстро. Но это не раздражает.
Последнее время на приятных мне сайтах регулярно кликаю по рекламным ссылкам. С целью поддержать хорошее начинание. Вот как захожу на какой-нибудь либрусек, абукклуб и т.д., так обязательно нажимаю на наименее противную рекламу, чтобы открылось в фоновом окне. Так сказать, пусть хорошим людям копеечка капает.
А тут вдруг задумалась, что это довольно глупое занятие. Интересно, многие поступают также как я?
Издатели утверждают, что сборники рассказов продаются гораздо хуже, чем романы. Я раньше особо не задумывалась, а теперь вот поняла, что рассказы не люблю и читаю только в виде исключения. Предпочитаю крупные формы. Я именно тот читатель, который откладывает в магазине книгу, если видит, что это сборник рассказов.
Недавно в книжном сообществе автор как раз спрашивал читателей, почему они не покупают рассказы. Я вот не могу однозначно ответить на этот вопрос. Я читала очень интересные, талантливые, даже гениальные рассказы. Они производили на меня сильное впечатление. Но рука все равно тянется к роману. Да еще чем толще, тем лучше.
Как ни странно, толстый роман легче читать. Рассказ весь сконцентрирован. Впечатление, мысль, настроение ударяет однократным зарядом, нет времени искупаться в этом, прочувствовать, привыкнуть. Только окунешься - все уже закончилось, и надо погружаться в следующий рассказ. По хорошему, надо делать паузу день-два, но тогда сидишь без чтения. Вообще, вот эти быстрые погружения-выныривания мне и не нравятся в рассказах. Войдя в какой-то художественный мир, хочется побыть в нем подольше. Все-таки первые страницы требуют от читателя дополнительных усилий. Надо привыкнуть к стилю автора, к героям, к слогу.
Казалось бы, при моем нынешнем "рваном" чтении, малые формы - самое то. Идеально соответствуют естественному ритму чтения. А вот нет. Наоборот тянет на что-то эпохальное. Вырывая 5-10, максимум 15 минут для чтения, не хочется вникать в новых героев и обстоятельства. Хочется вернуться к уже знакомым персонажам.
А еще мне кажется, что это отчасти из детских ощущений. Сколько раз я расстраивалась, что интересная книжка закончилась. Вот теперь и выбираю такие книжки, которые долго не заканчиваются.
Постоянно вижу в детских сообществах, как ищут психолога ребенку. Иногда доходит до смешного. Ребенку 3-4 года, а мама уже хочет, чтобы он работал с психологом. При этом сама ни разу у психолога не была. И сейчас не собирается. Проблемы же у ребенка, а не у нее. Вот пусть психолог с ребенком и занимается.
Конечно, признать, что проблемы не "у ребенка", а "у меня с ребенком" - это уже наполовину их решить. Если даже мама не признает этого, но соглашается поучаствовать в работе психолога с ребенком, то наверное ситуацию тоже можно развернуть конструктивно. Хотя, я вот совершенно не представляю, что ребенку делать у психолога до подросткового возраста. Вернее, что ему делать там до того, как психолога посетят сами родители.
Вообще, нет ничего бесполезнее, чем "посылать" кого-то к психологу. Я считаю, что у мужа (жены, ребенка, мамы) проблема и веду его к психологу. Если я его веду, значит сам он не считает, что у него проблема, или не готов ее решать с психологом. И в итоге проблема-то у меня, а не у того, кого я веду.
( Исключение - несовершеннолетние )
Все-таки я безнадежно отсталая, или наоборот сильно испорченная. Читаю сыну про красную шапочку. Я конечно в курсе про соответствующие интерпретации, но мне казалось, что в книжке для малышей раньше выбирали другие выражения.
А теперь читаю:
"Когда она вошла, Волк закрылся одеялом до самого носа, чтобы девочка его не узнала, и говорит: - Поставь куда-нибудь горшочек да пирожок и полежи со мной, отдохни с дороги! Красная Шапочка легла рядом с Волком и говорит: - Бабушка, какие у вас длинные руки!..."
Далее по тексту...
Navigate: (Previous 20 Entries)